Уважаемые одноклубники!
Хотел поделиться с вами историей о первой моей машине (ВАЗ 21099).
Началось все с того, что пристала ко мне охота обзавестись собственным мазерати мистраль-купе.
Не, ну а чо, Витёк-он на москвиче сорокпервом рассекает по району, тёлок технически-грамотных катает с ветерком и надосуге объясняет им матчасть. Лёха узбека прикупил. А Андрюха вон вообще в Кировской области на лесоповале на шохе черной на стрелки ездит.
Короче, блатные стали все кореша, пешком не ходят.
А я к тому моменту уже лет десять как пешкодралом с правами упк-ашными ходил. И заместо техпаспорта у меня тока месячный проездной на троллейбус.
А тут мазератти!
Ну как мазерати...
Так как я преподом в институте чалился, но взяток не брал (недавали тупо), то по лавэ тока семёрка вазовская выходила.
Но семёра по тем временам тоже аппарат ядреный был! Это сейчас у студентиков иномарка на иномарке, а ведь раньше-то, например, когда я студентом был, у нас на курсе у одного Робика машина была и как раз семёрка! Так он с ней первый парень был на деревне. Девки у него из машины не вылазили, там жили...
Короче, собрал я бабло в узелок и поехал на троллейбусе на авторынок за своей голубой мечтой, епть.
Рынок налег на меня всем своим кавказским колоритом (живу я в Майкопе, в столице солнечной Адыгеи).
Тут те и широкий выбор посаженных на пожизненное заключение чорных-пречорных пузотерок, и ворованных иномарок с чистыми документами, и чебуреков с каким-то там мясом.
Сразу скажу — выбор мой был очерчен узким кругом ограниченного предложения и возможностей.
Была там Таёота Функарго цвет «слива». Но такую сливу мне и даром не нать.
Был Нисан санни дизельный. Вот это ничё так был вариант, тем более, что хозяин сказал, что он жрет все, даже солярку от трактора Беларусь. Да, там ещё торпеда расколотая была, но продаван любезно предлагал в придачу тюбик эпоксидной смолы для склейки.
Был ещё один офигенский Олдсмобил. Вот это реальный аппарат! Там, кароч, турбина, полный элтропакет, четыре подушки, мафон шилялис, гидроусилитель руля, кондей и ценник приятный. Таких, как говорится, было бы всего два: у меня и у Майкла Джексона. Но была одна запятая — не ездит. Я долго колебался за этот раритет, тем более, что хозяин обещал по знакомству свести меня с одним хорошим мастером.
Из рашинкаров была семера цвета «рассвет в кавказских горах» тюнингованная. Из тюнинга — меховая оправа руля, плексиглазовая ручка рычага переключения скоростей с розочкой внутри и, сцуко, кивающая башкой плюшевая собачка.
И ещё посаженная-засаженная десятка. Её, кароч так засадили по самые ступицы, что аж развал со схождением, походу никогда не встречались!
Пока я булки мял, налетел на меня продаван один — дерзкий такой Аслян-Маслян, и говорит: "Нах ты эти джапанкары и жыгули смотришь? Это для педеров узкоглазых! Пойдём, говорит, зэбякъо, настоящее зубило посмотришь!"
Я ему говорю: "Сам ты зэбякъо! Пойдём, коли не шутишь"
Подводит меня к девяностодевятке. Цвет сафари. А это тогда самая авторитетная тачка на Кавказе была.
Грит: "Смотри, мол, какая ляля! Панель высокая, руль маленький спортивный (деревянный правда), в фарах особый тюнинг: лампочки цветные заместо габаритов вкорячены, типа ночные огни парыжа. Багажник опять же в качестве столика на пикнике использовать можно". Короче, аргументы внушительные.
Я делаю вид, что ваще не интересуюсь предложением, но как бы невзначай спрашиваю чё по чём?
Продавэлло назвал цену, а я, зная, что цена эта не настоящая и сказана, по правилам торговли, так, между прочим, начал отчаянный торг.
Я дважды пытался сбить цену, делал вид, что лезу за пазуху за баблом но дважды прерывал движение, клялся, что мало зарабатываю в институте и вообще веду только лекции, а взятки можно загребать только на семинарах, что машина до зарезу нужна возить престарелую бабушку в Бобруйск, — торгаш сбавлял цену понемногу. Наконец в цене сошлись.
— Бери уж, ладно,— сказал он.— Офигенная тачка, сам бы ездил, да долги раздать надо. И цвет, обрати внимание, какой заманчивый.
— Цвет-то... Сомневаюсь я, родной, в смысле этого желтого цвету,— сказал я.— Неинтересный цвет... Сбавь немного.
— А на что тебе цвет? — сказал торговец.— Тебе что, на хлеб намазывать цвет-то?
Я, сражённый этим аргументом, оторопело посмотрел на тачку, тяжело выдохнул и пропищал:
— Хрен с тобой, ладно!
После соблюдения всех официальных формальностей я залупил ему в лоб последнюю просьбу - давай тачло на жизнеспособность проверит мой компитентный специалист, если все в поряде забираю, нах!
Тот, решительно так сцуко, - проверяй!, грит.
Я звоню своему друзьяку Витьку, прошу свистать всех наверх и привезти евойного подпольного мастера Рыжего, чтоб осмотрел мой потенциальный бэтэр.
Витёк понялсмя немного, конечно, для проформа, но вскоре подскочил вмсте с Рыжим.
Рыжий, чорт ужратый, походил с умным видом вокруг машинюхи, постучал ногой по колесу, подул в выхлопнушку, протер потной рыжей ладошкой зеркало, и сказал, что мол в целом диагноз положительный, надось тока помпу поменять и огнетушитель приобрести. Сказал, что более детальный анализ на месте провести не представляется возможным по причине того, что он свое пенсне дома на рояле забыл. А все по тому, что Витёк второпях бесцеремонно вытащил его из уюта домашнего очага в объятиях мерзавчика беленькой.
На том Рыжий имел честь отбыть в неизвестном направлении на своих нетвердых двоих.
Ну, и хрен с ним.
Ударили мы с мужиком по рукам, и я получил заветные ключи!
Так как тачка была уже моя, но за рулем я не сидел вот как уже десять лет, то с базара вел мою приобретенную ласточку Витёк. А я сидел рядом и ловил взгляды каждого встречного прохожего, одаривая их невольной глуповатой улыбкой и легким подмигиванием, мол "видали, какой я крассавчег? Такой молодой, а уже девяностодевятка!"
Но прохожие равнодушно проходили мимо....
Продолжение следует...
|
|
